На вопрос молодого мужчины ни один мускул не дернулся на девичьем лице: воздушная улыбка продолжала озарять нежные уста, а проникновенный взгляд не выдавал ни единой лишней эмоции:
– Для того, чтобы истинно ответить на сей вопрос, лорд Д`Альбион, я недостаточно хорошо Вас знаю. – Ответ, в который говорящая не вложила ничего, кроме распаляющей открытой честности. Она не пыталась сокрыть своей недоверчивости за красивыми словами.
Если задуматься, то откуда доверию взяться? Сколько раз они общались за свои жизни: раз или два? Сколь много пересекались вне организованных мероприятий в окружении других аристократов? Строить собственное видение о ком-то, основанное на чужих слухах да россказнях – мелочно.
Безусловно, опыт разных людей не следует беспечно игнорировать, особенно, если в них имеются схожие моменты. Тем не менее, нет никаких гарантий, в которых определенные личности высшего сословия не сговорились подпортить чью-то репутацию намеренно.
В истории немало подобных инцидентов, когда умышленно искажали общественное мнение с целью мщения конкретной фигуре либо целому роду, желая на фоне оных выглядеть лучше самим, устраняя конкурентов. Пожалуй, причины особо не важны, как в целом, не всегда нужны для сотворения каких-либо деяний: ровно как положительных, так и отрицательных.
Отчего напрашивается вывод: быть более осмотрительнее с теми, кто сыскал низкую славу среди знати, но не принимать каждую услышанную сплетню за чистую монету. В конце концов ведь: «Цветет снаружи, смердит внутри» – всем это известно. Люди лгут.
Не надлежит уподобляться малозначительным насмешкам без доказательств, а составить свое личное представление. Наблюдая, анализируя, подмечая детали. Интеллект дан для того, дабы им пользоваться. Голова не только лишь украшение шеи, драгоценный дар влиять на мир одной лишь красотой. Леди должна быть чем-то большим, нежели восхитительной фарфоровой куклой, умеющей блистать в дорогих нарядах от именитых мастеров.
– Все же, мы живем не так уж и близко, чтобы в тут же час узнавать новости ваших земель. Даже столь радостные, как возможная свадьба особе подобной вам.
Слова юноши ворвались прохладной волной в сознание, нарушив поток созданных им же мыслей. Чародейка позволяет легкой улыбке на своих устах стать ярче, насыщеннее, красочнее любых речей. Невесомый румянец едва ли касается мягких щек.
Прелестнице, несомненно, приятно внимание к собственной персоне, как и любой деве ее лет, но она никогда не посмеет им обмануться. Леди льстило устоявшееся суждение, закрепившееся за ней в высшем свете. Ведь она так много старалась, тщательно шлифуя саму себя, дабы при одном лишь взгляде на нее у остальных складывалось только наилучшее впечатление.
Не только не позволить ни малейшему пятнышку грязи прилипнуть к всегда кристально чистым манжетам отца и старшего брата, а никого не заставить сомневаться в их исключительной благородности. Они герцогский род, уступающие в иерархии только королевской, в глазах каждого им суждено до самого конца оставаться совершенными.
На подносе приносят напитки. Необычный выбор. Столь различный. Впрочем, быть может, на благотворительных уроках всегда бывает так. Изумрудные очи из-под опущенных ресниц безмолвно любовались за действиями собеседника. За его выбором, прежде чем сделать свой.
Девичий взгляд не меняется, уголки губ сохраняют примерно такое же положение. Изящная ручка тянется к высокому бокалу, забирая с поверхности шампанское из трех предоставленных возможностей. Она сделала так не потому, что у самой не нашлось своего мнения, колдунья решила, что находящимся в одной компании, непременно, следует пить нечто одно. В одинаковой посуде, дабы со стороны смотреться гармонично взору любопытного свидетеля.
В любом случае, дева не была привередливой: в равной степени наслаждаясь как чаем, кофе так и алкогольными напитками. Не отдавая предпочтение чему-то одному. Не выделяя среди прочих, не акцентируя сосредоточение своего внимания на подобных аспектах повседневности.
Осторожно преподнеся ко рту, как если бы часть нее могло заподозрить в игристых пузырьках нечто большее обыденного вина. Не задерживаясь дольше, нежели казалось необходимым. Небольшой глоток, сладко-соленый вкус тотчас ощущается на языке, плавно перетекая по гортани, уверенно проникая внутрь женского тела без какой-либо преграды. Если бы юное сознание действительно считало, что в глубине питья скрывалась хоть капля зловещего организму, то самовольно приняла яд.
Девичий слух внимательно вслушивался в откровение лорда, пока светлый взгляд увлеченно тонул в созерцании шампанского, искрящегося внутри бокала, держа в своих пальцах. В глубине буркал искажалось собственное отражение, жадно улавливаемое бликами света на поверхности стекла.
Его слова тончайшими нитями пронизывали разум подобно терпкой отраве, заволакивая собой все пространство черепной коробки. Она задумывалась об этом сама бесчисленное количество раз за свои шестнадцать лет.
Наблюдая издалека за отцом и старшим братом: за их действиями, брошенными фразами из уст, в нелепых попытках прочесть непостижимые мысли. С напускным безразличием слушая речи иных леди во время чаепитий. Обсуждая далекое будущее в компании подруг. Много, много раз!
Высокородная не знавала как относиться к собственному будущему: окутанному беспросветной завесой чужих неразгаданных тайн. Год за год все ближе приближаясь к неизбежной судьбе, не в силах ей противиться.
С безмерной поддержкой поистине чуткого сердца позволяя потоку переживаний Маддалены выливаться на себя в последние пару лет из-за замужества, ни разу не сумев разрешить себе признаться подруге, что ей тоже страшно. Как если бы стоило сумасбродному чувству быть озвученному вслух, как оно поглотит ее целиком.
Мысль пагубна в своем стремлении вперед, если допустить догнать себя, то уже не сможешь сбежать. Никогда. От самой себя не спастись, не погасить безумные думы, лишь задув лишние беспокоящие свечи. В своей голове не отыскать темных уголков, в которых можно притаиться, дав себе шанс расслабленно вздохнуть. На краткий миг. До нелепости безнадежно.
Поэтому Дженнетт молчала, уверенно успокаивая их обеих. Внушая рыжеволосой и себе, что все хорошо. Они будут в порядке. Единый Свет не позволит двум юным душам потонуть во мгле. Не оставит без своего покровительства преданных последователей.
Пальцы крепче сжимают предмет в руке, вновь преподнеся ко рту дочь герцога залпом выпивает содержимое, со второго раза осушив бокал. Теперь же сей сосуд стал бесполезен, ибо отравы, дурманящего мозг в нем более не сыскать.
– Возможно, Вы правы, лорд Д`Альбион. – Слабый голос словно звучащий из другого мира, едва различимый, но твердый, без капли колебаний. – Может, Вы знаете, как поступать тем, для кого «выбор» неприемлемая роскошь? Есть ли способ не допустить загнать себя в пресловутые рамки?
Глаза чародейки сияли, подобно драгоценным камням: два ограненных изумруда, которых не сломить, чью волю не разрушить никакими сомнениями, те кто оказавшись на краю гибели без промедления спрыгнут вниз с отчаянием безропотной души, нежели дадут возможность хищникам загнать себя в угол…